Было это давно и поэтому вы могли забыть, поэтому позволю вам напомнить :

Отрывок из книги Г. Альтшуллера «Найти идею»

Мне повезло: в детском саду шел ремонт, одна комната была уже пуста, и я за двадцать минут подготовил все необходимое для опыта. "Оборудование" было предельно простым - две тонкие веревки, прикрепленные к потолку.
На подоконнике лежали старые, сломанные игрушки. Воспитательница ввела первого подопытного - мальчика лет шести. Я объяснил: надо взять одну веревку и привязать к концу другой веревки.
Можно было начинать эксперимент. Воспитательница ввела первого подопытного - мальчика лет шести. Я объяснил: надо взять одну веревку и привязать к концу другой веревки. Мальчик схватил ближайшую веревку, потянул ее к другой... и остановился.
"Оборудование" я специально рассчитал так, чтобы нельзя было дотянуться до одной веревки, держа в руке другую. Кто-то должен был помочь - подать вторую веревку.
В этом и была изюминка задачи:"как одному
 справиться с работой, для которой нужны двое?..
Мальчик подергал веревку, пытаясь ее растянуть,
 ничего у него не получилось. Тогда он бросил первую
 веревку и схватил вторую. Результат тот же — соединить вёревки нё удалось
Побегав от одной веревки к другой, наш подопытный
 отошел в угол й стал тереть глаза кулаками. Я подумал:
 “Боже мой, хоть бы раз в жизни увидеть инженера,
 плачущего из-за того, что не удалось решить задачу...“
Молодец, - сказала воспитательница, протягивая ему ему конфетину “Гулливер".— Ты все сделал хорошо,
 очень хорошо.
И увела просиявшего подопытного: нужно было, чтобы он не обменивался опытом с теми, кому еще предстояло участвовать в эксперименте,
В комнату вошла девочка. Мй объяснили задание,
 девочка схватила веревку, не дотянулась до второй веревки, бросила одну веревку, схватила другую, снова не
 дотянулась ... и громко заревела. “Гулливер» и на этот
 раз спас положение.
Быстро прошли, еще шестеро ребят. Все повторялось:
 задание — безуспешная суета с веревками — “Гулливер" в утешение.
А потом появилась девочка, которая решила задачу. Обыкновенная девочка с косичками и
 веснушчатым носом. Действовала она поначалу тоже
 обыкновенно, схватилась за одну веревку, не дотянулась
 до другой, бросила веревку, схватила другую...
И вот тут она задумалась. Она перестала суетиться и начала
думать! Сморщив веснушчатый нос, она смотрела куда-то в пространство и думала.
Я потяну эту веревку, - сказала она воспитательнице,— а вы дайте мне ту веревку,.
И добавила:
— Пожалуйста.
Воспитательница вздохнула: нет, ей и вот этому дяде вмешиваться в игру никак нельзя.
Признаться, я
 ожидал слез. Но девочка, шмыгнув носом, продолжала думать. Она перестала нас замечать. Оглядывая комнату, она что-то искала.
Если вы хотите САМИ решить эту задачку не читайте дальше, подумайте! Ю
Потом подошла к подоконнику, порылась в игрушках и вытащила потрепанную куклу.

Нужен был второй человек, который подал бы веревку,
 и девочка нашла этого второго человека... Точно по
 стандарту: копия объекта вместо объекта!
Она начала привязывать куклу к веревке (я шепнул
 воспитательнице: помогите привязать). Потом раскачала
 получившийся маятник, взяла вторую веревку, поймала куклу. Задача была решена.
Я пытался отметить этот подвиг удвоенным призом, но воспитательница сказала: нельзя, непедагогично.
Девочка получила «Гулливера», шмыгнула носом и убежала, не подозревая, что только что совершила подлинное чудо, решив трудную творческую задачу.
Г. Альтшуллер

А потом были годы и другие веревки и другие неудачи. Так вы сначала смирились с мыслью что продлить жизнь невозможно, затем перестали пытаться, а потом и хотеть. В этот день вы фактически и решили умереть.
ПОЛНАЯ, КАТАСТРОФИЧЕСКАЯ ОГРАНИЧЕННОСТЬ Гумус Сапиенс. Никакого мышления за рамками данности. Мой друг, который однажды присутствовал на похоронах рассказал о такой сцене :
Входит тетущка, говорит : " все надо делать как положено"
Голос из толпы : "а как положено"?
Дальше люди начинают дискутировать КАК положено. А Кем положено, зачем положено, как это согласуется с интересами человека - никто даже не задумывается понять.

Оригинал взят у [livejournal.com profile] oprf в Дайте умереть
Интересно, а куда у нас подевалась смерть? Почему больше не слышно похоронных оркестров во дворах? Где еловые ветки, которыми покойнику выстилали дорогу от квартиры до катафалка? Почему не видать встревоженных лиц соседей: «Ой, это что — Геннадий Сергеевич из 53-й квартиры? Я ведь еще на прошлой неделе с ним здоровалась».

Когда вы вообще последний раз видели нормальные человеческие похороны? Люди, вы что — перестали умирать?

Ну, согласитесь — как-то все стало с этим делом неправильно. «Последний путь» превратился в какую-то санитарную процедуру. Собирается кучка родственников у морга, заходят в специальный зал, полчаса помолчали, повздыхали и уступили место следующему трупу, у которого тоже есть право на свои полчаса. Хорошо если усопший был верующим — хотя бы в церкви полежит, подышит. А если нет? Сразу на кладбище! Из всех посмертных ритуалов — только вскрытие. Такого покойника даже покойником не назовешь. Так — продукт жизнедеятельности.

Когда я, наконец, заметил пропажу смерти, до последнего надеялся, что все это результат какой-нибудь дурацкой реформы, официального запрета на содержание трупов за пределами моргов или еще чего-нибудь в этом роде. Но вот я звоню Евгению Евгениевичу — моему дальнему родственнику, владельцу похоронного бюро в подмосковном Обухово — и он одним махом мои надежды развеивает.

— Никаких запретов нет, просто люди изменились. Ты разве не знаешь, что каждые двадцать лет люди полностью меняются? Ничто не мешает им и сегодня хоронить как раньше — ну, разве что с оркестрами теперь проблема. Раньше при каждом ДК был оркестр, на каждом предприятии был оркестр, в одном Обухово у нас было три коллектива. А сегодня на весь Ногинский район, пожалуй, только МЧС играет, и то не на похоронах. После перестройки люди стали умирать по-другому.

— По-другому — это как?

— Сегодня о смерти вообще никто не думает. Люди живут кое-как, умирают кое-как и очень удивляются, когда чья-то жизнь вдруг заканчивается. Приходят к нам беспомощные, как дети — ой, а что теперь надо делать?

Говорят, в некоторых недоделанных регионах люди еще не разучились нормально умирать. Но странное дело: чем сильнее там или сям влияние развитого гуманизма, тем больше ужаса испытывает человек перед смертью и тем решительней гонит ее приметы с глаз долой. Люди готовы платить любые деньги, лишь бы отгородиться от смерти, не пускать ее в свой мир. Не держать покойника в квартире, не омывать его собственноручно, не читать над ним Псалтирь, не хоронить по-человечески. Чем короче путь от морга до могилы, тем лучше. Пробки опять же, расстояния огромные, не наездишься. Даже дома, в которых мы живем, не приспособлены для выноса гробов. Год назад в нашем доме хоронили по-человечески одного армянина — они еще умеют. Вынос гроба из подъезда превратился в сложнейшую инженерную операцию — чуть за болгаркой бежать не пришлось.

За последние пару десятилетий произошла полнейшая эмансипация покойников. Они теперь лишены всех посмертных обязанностей, которыми были обременены еще совсем недавно. Они больше не вынуждают весь двор выражать соболезнования родным и близким, а заодно вспомнить, кого из соседей как зовут. Они больше не обогащают сознание живущих рядом подростков первыми размышлениями о смысле жизни, а также знакомстсвом с творчеством Фредерика Шопена. Как только человек умирает, он перестает иметь всякий смысл для окружающих. Три дня до похорон нужны лишь для того, чтобы собрать необходимые справки, заказать и оплатить все услуги, купить венок и снять ресторан.

А раньше эти последние три дня жизни покойника имели огромное значение. Он успевал сообщить родным и близким едва ли не больше, чем за всю предыдущую жизнь. Вообще — от нежелания живых общаться с мертвыми, проигрывают, прежде всего, живые.

— Здесь, в этих местах от старых людей мы слышали такое поверье, что можно искупить грехи, обмыв семь покойников, — рассказал мне однажды публицист Андрей Рогозянский, который уехал жить из Питера в глухой конец Костромской области. — На первый взгляд, это звучит дико, но на самом деле в этом бездна здравого смысла. Встреча со смертью дает массу переживаний. Раньше жизнь человека всегда была устроена так, что даже в быту он постоянно был вынужден вспоминать о конечности земного бытия. В этом не было никакого пессимизма, смерть мыслилась просто как еще одна стихия, а постоянный контакт с ней развивал опыт будущего собственного умирания.

Сегодня люди сознательно отказываются от этого опыта. Это так же странно, как, например, лишить себя возможности регулярно видеть море. Ну да — море большое и страшное. Но в то же время — оно очень красивое. Нет ничего лучше — посидеть на берегу, послушать прибой, повглядываться вдаль, помочить ножки.

Вот даже сейчас, уже почти написав колонку про простую человеческую смерть, я все равно никак не могу впихнуть себе в голову мысль, что смерть — это не про кого-то там. Смерть — это про меня. И морг, и вскрытие, и дурацкий трупный макияж, придуманный, чтобы покойники не пугали трусливых живых людей своей мертвой рожей, и вообще весь этот унылый маскарад, в который мы превратили свои похороны — это все будет актуально для каждого из нас. И не когда-нибудь, а, может быть, даже завтра. Или даже сегодня.

А я не хочу маскарад. И в морг не хочу. И пожалуйста — не надо пудрить мне лицо перед панихидой, я ведь не клоун. Конечно, теоретически мне должно быть все равно, что там происходит с моими осколками после смерти. Но почему-то очень хочется поваляться три дня дома, сослужить родным и близким последнюю службу. Я обещаю сильно не вонять. Я очень постараюсь.

Член Общественной палаты РФ Дмитрий Соколов-Митрич.

"Чем отличается инсталляция от перфоманса?
Если ты, допустим, насрал человеку под дверь, а потом уже позвонил в звонок — это инсталляция.
А вот если ты сначала человеку позвонил, а когда он вышел из квартиры, то ты сел перед ним и насрал, — это уже перфоманс."

Так вот и у меня такое многозначное отношение. С одной стороны все говно. С другой стороны - фан. С третьей - суета суёт, пользуясь уязвимостями психики. С четвертой понимаю что не может оно быть одновременно и прикольным и говном и просто детским дурачеством. Значит есть несколько центров в мозге ума, которые просто по разному оценивают одно и то-же. Но если одни центры дают свои "оценочные суждения" (с) - в общем-то только качественного характера, то СМАРТ целе-сообразность уже может иметь и логическую обоснованность и количественные характеристики.
Любую деятельность, втч столь интересующие нас самоапгрейд или достижение бессмертия можно рассматривать как взлом собственной платформы, в функции которой условно входят : анализ самой платформы и среды (вектор состояния), выбора операционного уровня среды, распознования препятствий и постановки целей (вектор цели), подготовки команд, их исполнение организмом и сбор данных об изменениях (вектор воздействия).

Каждый из этапов огромен. некоторые даже намерено упускаются чтобы не закопаться в анализе, или не уткнуться в ограничения платформы, откуда и проблемы. Поэтому вопрос для операционного юнита (человека, группы, организации, ассоциации ...) - выбрать такой операционный уровень, который бы сбалансировал целесообразность, результативность, продуктивность и эффективность.

UPD: возникает резонный вопрос : а почему именно "взлом" а не скажем "обучение" или "самоанализ". Хакнуть - в данном случае - использовать защищенную от взлома плохо документированную систему, которая к тому-же в ее начальном варианте часто не обладает необходимым функционалом.
Многие слышали выражение - "мне нужны деньги как воздух". Но вот что интересно: ощущение того что ты дышишь полной грудью когда у тебя деньги есть и соответственно испытываешь дискомфорт, когда их нет - это уже вопрос к психологу, иногда даже к психиатору. С потребностью в ресурсах люди ошибочно ассоциируют дискомфорт эмоциональный и одновременно этим - дискомфорт тела, у большинства неосознанный.
Именно этот зажим тела дает ощущения "затруднений" дыхания.

Но ведь дискомфорт-процесс внутренний, а деньги и работа - внешний. Тому кто хоть немного занимался телесными практиками очевидно, что это разные вещи, по неведению и телесному бескультурию путаемые одни с другими. В школе этому не учат. А ведь процесс поиска ресурсов - один из основных процессов в жизни.

Очень интересно эта misassociation выпирает на уровне поведения. Поскольку большинство людей стремится к комфорту и учитывая вышесказанное, беспокойство о деньгах является сдерживающим их факторам на пути к самовыражению. Ведь это более высокая потребность, согласно пирамиде Маслоу ! Беспокойство и дискомфорт отвлекают от творчества и адекватного восприятия мира !

Практический вывод: рассказывая о чем-то возвышенном и удаленном старайтесь начать с устранения этого дискомфорта и доставления слушателям удовольствия и комфорта - ланч или кофе брейк, сеанс релаксации, спокойный красивый фильм, cлайд-шоу или хотя-бы негромкая спокойная музыка.

Опубликовано с мобильного портала m.lj.ru

Profile

immortaz

January 2017

S M T W T F S
12345 6 7
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 20th, 2017 08:30 pm
Powered by Dreamwidth Studios